Читаем Фрактальный принц полностью

В тот день, когда за мной приходит Охотник, я убиваю воображаемых котов в камере Шредингера. Ку-щупальца, словно искры от трансформатора Теслы, тянутся от моих пальцев к небольшому Ларцу из лакированного дерева, парящему в воздухе посреди каюты. Позади слегка изогнутая стена с проекцией Магистрали – безостановочно движущейся реки космических кораблей и мыслевихрей, светящегося штриха в темноте, участка гравитационной артерии Солнечной системы, по которой наш корабль «Перхонен» [2]движется от Марса к Земле. Но сегодня меня не трогает её великолепие. Мой мир сузился до границ чёрной шкатулки, в которой, судя по её размерам, может храниться обручальное кольцо, разум бога… или ключ к моей свободе.

Я слизываю капельки пота с губ. Всё поле моего зрения занимает паутина диаграмм квантового протокола. В голове звучат нескончаемый шёпот и бормотание гоголов-математиков «Перхонен». Чтобы помочь моим слишком уж человеческим органам чувств и мозгу, они сводят задачу к необходимости открыть японскую шкатулку-головоломку, выполненную в технике йосеги[3]. Квантовые протоколы фиксируют искривления и желобки в мозаике, болевые точки древесины, напоминающие напряжённые мускулы, движущиеся секции, похожие на слабые улыбки. И я должен отыскать единственно верную последовательность, открывающую шкатулку.

Кроме того, нельзя открывать шкатулку слишком быстро: деревянные детали связаны с бесчисленным множеством кубитов, каждый из которых одновременно является нулём и единицей, а движения представляют собой операции квантовой логики, выполняемые комплектом лазеров и интерферометров, вмонтированных гоголами в крылья корабля. Всё это равносильно процессу, который в древности называли квантовой томографией: попытка выяснить, как Ларец реагирует на зонды, внедрённые нами со всей осторожностью, словно отмычки в замок. Я чувствую себя так, будто жонглирую восьмигранными кубиками Рубика и одновременно пытаюсь их собрать.

И каждый раз, когда один из них падает, Бог убивает миллиард котят.

Гоголы выделяют часть диаграммы, и в паутине появляются красные нити. Я сразу же замечаю связь между двумя участками. Если повернуть это сюда, применить вентиль Адамара и преобразовать…

Воображаемое дерево скрипит и потрескивает под моими пальцами.

– Сезам, – шепчу я.

Дратдор, один из старейшин зоку[4], всегда любил поговорить, так что мне не составило труда получить от него описание Ларца (не упоминая, конечно, о том, что я украл его у зоку двадцать лет назад).

«Представь себе камеру, – сказал он. – И посади туда кота. А вместе с ним установи механизм убийства: к примеру, пузырёк с цианидом, соединённый с молоточком, и одиночный атом радиоактивного элемента. В течение следующего часа атом либо распадётся – либо нет, либо вызовет удар молотка – либо нет. В таком случае кот в камере будет либо жив, либо мёртв. Квантовая механика утверждает, что в камере нет никакого кота, только образ, объединяющий живого и мёртвого котов. Но мы не узнаем этого, пока не откроем камеру. А это приведёт к тому, что система останется в одном из двух возможных состояний. В этом и заключается мысленный эксперимент Шредингера».

На самом деле всё совсем не так. Кот представляет собой макроскопическую систему, и чтобы его убить или оставить в живых, нет никакой необходимости во вмешательстве таинственного наблюдателя: переход в какое-либо макросостояние происходит вследствие взаимодействия с остальной частью Вселенной, этот феномен получил название декогеренции. Однако в микроскопическом мире – для кубитов, квантово-механических эквивалентов нулей и единиц – кот Шредингера вполне реален.

В Ларце заключены триллионы воображаемых котов. Живой кот содержит закодированную информацию. Возможно, даже настоящий мыслящий разум. Кубиты Ларца остаются в состоянии неопределённости между небытиём и существованием. Заключённый внутри разум ничего не замечает, последовательность квантовых вентилей позволяет ему продолжать мыслить, чувствовать или дремать. Пока он остаётся внутри, всё хорошо. Но как только он попытается выбраться наружу, при любом взаимодействии с окружающим миром на него тоннами кирпичей обрушится вся Вселенная, и разум будет уничтожен. Плохой котёнок – мёртвый котенок.

– И что же вы спрятали в таком Ларце? – спросил я у Дратдора.

– Нечто очень и очень опасное, – ответил он.

Сектор Ларца на кубитовой схеме, созданной нами за прошедшую неделю, освещается, словно вечерний город. Это ощущение мне знакомо: так всегда бывает, когда обнаруживаешь изъян в запирающем механизме или системе безопасности, или возможного соучастника. Я в нетерпении закрываю глаза и воспроизвожу последовательность движений. Деревянные панели скользят под моими пальцами. Гоголы радостно поют, получив импульсы оргазмического наслаждения от вычисления спектральной последовательности операторов гильбертова пространства. Освещённое пятно на схеме увеличивается. Крышка едва заметно сдвигается…

Перейти на страницу:

Все книги серии Квантовый вор

Квантовый вор, рассказы
Квантовый вор, рассказы

Ханну Райаниеми Страна: ФинляндияРодился: 9 марта 1978 г. в финском городе Юливиеска. Получил степень бакалавра математики в Университете Оулу, затем продолжил обучение математике в Кембриджском Университете (Certificate of Advanced Study). После получил научную степень по математической физике в Эдинбургском Университете в области теории струн под руководством Хосе Фигероа-О'Фаррил (José Figueroa-O'Farrill). Перед началом обучения в Эдинбурге он прошёл национальную службу (финский аналог армейской службы, но с большим выбором видов занятости) в качестве научного исследователя в Силах Обороны Финляндии.Во время работы над диссертацией в Эдинбурге Райаниеми присоединился к «Writers' Bloc» — группе писателей Эдинбурга, организующей относительно регулярные чтения. В число членов этого общества входят Чарльз Стросс и Алан Кэмпбелл.Ранние работы Ханну, которые привлекли внимание его текущего литературного агента Джона Яррольда (John Jarrold), включают первый, опубликованный в 2003 году, рассказ «Shibuya no Love» и рассказ «Deus Ex Homine», напечатанный в «Nova Scotia» — вышедшей в 2005 году антологии шотландской научной фантастики и фэнтези.Общественность заметила Райаниеми в октябре 2008 года, когда Джон Яррольд заключил для него контракт на три книги с издательством Gollancz на основании всего лишь двадцати четырех страниц текста с двойным интервалом. Его дебютный роман «The Quantum Thief» был выпущен в свет в сентябре 2010 издательством Gollancz в Великобритании, а затем, в мае 2011 года, был издан в США издательством Tor. Роман был номинирован в 2011 году на Locus Award, в номинации «Дебютный роман».

Ханну Райяниеми

Киберпанк
Квантовый вор
Квантовый вор

«Квантовый вор» — дебютный роман Ханну Райаниеми, доктора наук в области теории струн. Это блистательный образец твердой научной фантастики, действие которого разворачивается в мире далекого будущего.Жан ле Фламбер — преступник и авантюрист. Его происхождение окутано тайной, но слава о его дерзких выходках разнеслась по Солнечной системе. Однако никто не застрахован от ошибок, и в начале романа мы обнаруживаем героя в Тюрьме «Дилемма», в персональном аду бесконечных смертей и воскрешений, что, по замыслу тюремщиков, должно исправить его характер, привив любовь к взаимопомощи. Этот замкнутый круг прерывается появлением наемницы Миели и ее разумного корабля «Перхонен». Похитив Жана, они дают ему шанс вернуть свободу и былое могущество. В обмен на совершение одного очень непростого ограбления…

Ханну Райяниеми

Фантастика / Космическая фантастика / Научная Фантастика / Киберпанк
Квантовый вор
Квантовый вор

Премии «Еврокон», «Блуждающая звезда», «Галактика». Номинации на премию «Локус», Мемориальную премию Джона Кэмпбелла. Лучшая НФ-книга года по версии Kirkus Review и Library Journal. Жан ле Фламбер — постчеловек и преступник, взломщик разумов, самоуверенный трикстер. Его происхождение окутано тайной, но его подвиги известны во всей Солнечной системе. Спасенный из футуристической тюрьмы таинственной Миели и ее разумным космическим кораблем, Жан отправляется на Марс, в Движущийся город, где время — валюта, воспоминания — сокровища, а превращенная в луну сингулярность освещает ночь. Миели предоставила ему шанс вернуть себе свободу и силу прежнего «я» — в обмен на завершение ограбления, с которым он когда-то не справился. Им предстоит сумасшедшая увеселительная поездка по Солнечной системе будущего, миру повсеместной криптографии, обмена воспоминаний и расы сверхлюдей, возникших из гильдий MMORPG. Несмотря на все свои чудеса, этот мир все еще управляется человеческими мотивами — предательством, местью и ревностью. «Изобретательный, экзотический, со сложной умной интригой». — The Times «Трудно признать, но я думаю, что Райаниеми разбирается в "твердой" научной фантастике лучше меня». — Чарльз Стросс «Многие авторы убили бы за то, чтобы написать прозу хотя бы наполовину такую хорошую, как эта…» — The Financial Times «Цепляющие нарратив и герои… НФ-концепции до ужаса хороши». — Sci-Fi Now «Фонтан идей». — Interzone «"Квантовый вор", как и другие лучшие космические оперы этого века, это дом чудес, где положения мгновенно становятся традицией, а аргументы бросаются в глаза». — Джон Клют «Блестящий роман!» — Strange Horizins

Ханну Райяниеми

Научная Фантастика
Фрактальный принц
Фрактальный принц

Постсингулярное будущее. Солнечная система освоена, а обитатели, живые и искусственные, принадлежат к разным враждующим фракциям. Величайшая из них, Соборность, строит новую вселенную для воскрешения всех мертвых. Жан ле Фламбер отправляется на постапокалиптическую Землю, где в пустынях обитают джинны – самомодифицирующиеся вирусы дикого кода, чтобы взломать разум Основателя Соборности, который находится или не находится в ларце Шредингера.Продолжение экстраординарного «Квантового вора» укрепляет позиции Ханну Райаниеми как одного из самых захватывающих авторов научной фантастики XXI века.«Ошеломляюще и увлекательно, как снятый после Сингулярности фильм о налете, вдохновленный теорией струн и искусственными интеллектами из-за пределов нашего пространства-времени». – Чарльз Стросс«Вдумчивый, жесткий, глубоко продуманный и очень нешаблонный. В современной научной фантастике нет ничего подобного». – The Guardian«Энергичность, дальновидность и широкий взгляд на посмертие – наши рекомендации!» – Fantasy and Science Fiction Magazine«"1000 и одна ночь" в антураже постчеловеческой Земли. Роман, от которого оторваться практически невозможно». – Fantlab.ru«ФРАКТАЛЬНЫЙ ПРИНЦ своим поразительным концептуальным и стилистическим блеском оправдывает наши ожидания». – Пол Ди Филиппо«Великое достоинство заключено в самой странности романа». – SFX Magazine

Ханну Райяниеми

Фантастика

Похожие книги