— Ираклий, – произношу я с мольбой в голосе.
Зарываюсь руками в его волосы, грубо сжимаю и притягиваю лицо к своему.
— Хватит издеваться, – прошу сквозь стон.
Он лишь хищно улыбается. Отрывается от меня, выпрямляется в спине. Шире раздвинув мои ноги, поднимает одну из них. С восхищением изучает.
— Нужно снять, – замечаю босоножки на себе.
Настолько летаю в другом измерении, что даже не чувствую, что на мне ещё осталось что-то из одежды.
Выпрямив ногу, его губы касаются икр. Он расстёгивает замок на босоножках. Снимает сначала одну, затем вторую.
Впервые со мной происходит такое – мужчина целует ноги. И я даже не думала, что это может так возбуждать и сносить голову.
— Ираклий, – срывается с губ.
Мне хочется повторять его имя снова и снова.
Он скользит губами по внутренней части бедра, оставляя на коже огненные метки. Искусно доводит меня до исступления. Мой стон становится всё громче.
Дойдя до конца, он останавливается. Поднимает на меня свой взгляд и упивается моим видом. Замерев, я смотрю на него с распахнутыми глазами. Жду дальнейших действий. В голове проносятся сумасшедшие желания.
Ираклий срывает ткань с меня, отбрасывает в сторону. Его губы касаются нижней части живота, опускаются ниже и вновь поднимаются выше. Он играет со мной. Дразнит. И наслаждается моим безумством.
Я хвастаюсь за простынь, сжимаю её в руках. Извиваюсь в руках мужчины, изнывая от жажды. Он понимает, что я на грани срыва. Выпрямляется, кладёт мою ногу себе на плечо. Сцепив нас взглядами, вынуждает задрожать всё моё тело, когда совершает резкий рывок бедрами, соединяя наши тела воедино.
Я закрываю глаза. Чувствую, как влага подступает к ним от нахлынувших чувств, с которыми невозможно справиться. Я даже и не мечтала, что однажды может случиться подобное. Слияние наших тел срывает все маски. Возвращает мне – меня. Напоминает, какая большая разница в занятии сексом и занятии любовью.
Я притягиваю его к себе, обхватываю мощную шею пальцами и ощущаю под ними ритмичную пульсацию разбухших вен. Ираклий вжимает своё крепкое тело в меня, стискивает до боли.
Запах любимого мужчины дурманит и сводит с ума. Дышу и не могу надышаться. Как же я скучала по нему. Вбираю в себя тягучий мускатно-пряный аромат. Желаю им пропитаться насквозь.
— Открой глаза, – приказывает мне.
Я подчиняюсь и раскрываю веки. Он заглядывает в них и словно гипнотизирует. Я перестаю видеть что-то, помимо его глаз.
— Какой ты стала… – замолкает, зарывает руки в мои волосы и поднимает меня вместе с собой.
Сажает нас, прижимая моё тело к своему.
— Какой? – спрашиваю шёпотом на ухо.
Обвиваю его шею руками и двигаюсь с ним в одном ритме. Наше дыхание тяжёлое, рваное. Сердца бьются в унисон.
— Невероятной, – отвечает обрывисто.
Моё сознание расплывается от его слов. Тело покрывается мурашками. Я не верю, что это всё происходит наяву.
Его пальцы сжимают мою кожу сильнее. Рваными движениями поднимается вверх. Я чувствую, что его движения становятся жёстче и больнее. Отрываюсь от его губ, смотрю в его глаза и вижу вспышку гнева в них. Словно до него доходит осознание чего-то, что будит в нём зверя.
Он хватает меня за волосы, оттягивает их вниз, заставляя меня выгнуться в шее.
— Сука, это тело должно было принадлежать только мне, – рычит, превращаясь в дикого.
Его глаза стекленеют. Он наматывает волосы на кулак, оттягивает меня от себя, разворачивает и ставит на колени. Вновь заполняет меня собой. Его движения становятся сильнее, резче, больнее. Мои стоны становятся всё громче, их невозможно сдерживать в себе. Растворяюсь без остатка и закрываю глаза. Я на грани, Ираклий тоже.
Тянется ко мне, поворачивает мою голову в свою сторону и вгрызается в мои губы в последнем жадном поцелуе. Моё тело сотрясается от такого натиска, трепещет. Меня бросает из жара в холод и обратно. Сердце в груди стучит бешено. Пульс бьёт по вискам. И уже через мгновения наши тела поддаются мелкой дрожи, в давно забытом, но знакомом экстазе.
Он целует меня в плечо, накрывает моё тело своим. Замирает и не шевелится.
«Знал бы ты, что всё моё существо принадлежит только тебе…» – дарит ему немое признание сердце.
Глава 38
За окном – рассвет. А я до сих пор не сомкнула глаз. Присутствие спящего рядом мужчины не даёт мне покоя. Мои глаза блуждают по любимым чертам лица. Хочу прикоснуться к нему. Убедиться, что я не в бреду, что вчерашняя ночь не была моей фантазией. Но боюсь потревожить его сон.
Меня окутывает грусть. Чувствую, как к глазам подступают слёзы. Отчётливо осознаю, что все эти годы без него, я и не жила – существовала: научилась игнорировать кровоточащее сердце, которое изнывало в одиночестве, и убедила себя, что могу быть полноценной и счастливой.
Рассудок был прав, когда вчера запрещал мне ехать к Ираклию. Понимал, что эта встреча вскроет все раны, которые он так искусно залечивал и обрамлял.
Мысли раз за разом возвращают меня в прошлую ночь.
Пока я лежала и пыталась осознавать всё происходящее вокруг, Ираклий встал с постели.
— Составишь компанию в душе? – произнёс он, сверля меня тяжелым взглядом.