Теперь их трое на нас четверых. А если учесть, что Вельхеор нематериален, я им вообще не противник, и то, что Неил вообще в какой-то маразм впал, то их трое на одного Кельнмиира. Хороша математика.
Наконец Кельнмиир закончил приготовление салата из «клубня» и я (о чудо!) оказался на свободе. Какая же гадость эти их побеги, блин, до сих пор привкус какой-то во рту.
– Что ж ты стоишь, порубили твое творение-то, – обратился к Сорняку Зикер, насмешливо глянув на Кельнмиира и меня. То еще, должно быть, зрелище. Я с зеленой от соков «клубня» физиономией и Кельнмиир, вовсе пропитавшийся этими соками до самых костей.
Сорняк обиженно закряхтел:
– Я еще только разминаюсь. Зикер начал засучивать рукава:
– Дай место профессионалу...
– Хватит, – перебил вампир – «дядя». – Навоевался уже... профессионал.
– А ведь творение-то и было рассчитано на то, чтобы его порубили, – самодовольно сказал Сорняк. Мы с Кельнмииром переглянулись.
– В смысле? – не понял Зикер.
Сорняк заулыбался.
Никогда еще не видел такой самодовольной рожи.
– Соки этого растения жутко ядовиты. Мне слегка поплохело.
– Идиот, яды на вампиров не действуют, – зло вскрикнул Зикер.
– Зато на людей действуют, – тихо сказал «дядя» и неожиданно закричал: – Идиот! Он же мне живой нужен!
Меня начало раскачивать.
Так вот почему привкус такой противный был у этого «клубня». А я его еще грыз... Я ж этого сока наглотался по самое не хочу! Ой дурно мне... е...
Сорняк втянул голову в плечи:
– Я как лучше хотел...
– А получилось как всегда, – отрубил Зикер. – Что за яд-то хоть?
– Последняя разработка. Противоядие я покамест не придумал, – развел руками Сорняк.
– Все ясно, – обреченно произнес «дядя». – Теперь можете делать с ними что хотите, а я пойду. Нет, ну какое дело запороли...
Так, возмущаясь про себя, «дядя» зашагал к выходу.
– Эй! Ты куда собрался? – крикнул Кельнмиир. – Я с тобой еще не закончил!
Вампир остановился у выхода.
– Ты с ними сначала разберись... родственничек, – с усмешкой кивнул он на двоих Ремесленников.
– Только ты далеко не уходи, – уточнил Кельнмиир. – А то лови тебя потом...
– Ладно, только ради тебя, – решил вампир, – я подожду исхода.
С этими словами он оперся о стену и с интересом стал наблюдать за дальнейшим развитием событий.
Я бы тоже с удовольствием посмотрел, но что-то мне не давало покоя. Может быть, то, что я отравлен смертельным ядом?! Я же скоро коньки отброшу! Ух... что-то в желудке жжение какое-то. А Неил чего сидит и ничего не делает?!
– Начали? – спросил Кельнмиир и тут же исчез.
Ну, может, и не исчез, но на том месте, где он был секунду назад, его не стало. Сорняк тут же начал махать руками, наверняка вызывая какие-то свои очередные грядки сорняков. Зикер же, напротив, начал окружать себя огненными стенами, столбами и мечущимися во все стороны шарами самых разных размеров. Кто не знает, могу напомнить: растения не очень любят огонь, а если быть точным, то они его боятся! Огонь и вода – противоположности, но растения-то для огня и вовсе лишь пища. Так что вполне логично, что все начинания Сорняка горели в прямом смысле слова на корню. Зикеру это тоже не очень помогало, потому что приходилось тратить лишние силы на преодоление неожиданных препятствий в виде растительности. Дошло до того, что эти двое начали натурально пихаться и толкаться, ругаясь на чем свет стоит.
Кельнмиир все это время преспокойненько сидел на потолке, будто заправская муха, и наблюдал за боем не на жизнь, а на смерть между двумя Ремесленниками.
Ох... а у меня что-то совсем желудок свело. И жарко чего-то. Хотя, скорее всего, меня просто опалил Зикер.
Не найдя ничего лучшего, я уселся на пол. Правда, ощущение нетвердости камня под ногами, а теперь и под другими частями тела не проходило. Кхой... и где же Вельхеор? Я же его тело порчу. Или ему уже не важно?
Пока я пытался хоть немного прийти в себя, Кельнмиир каким-то образом умудрился опалить Сорняка. Тот все еще стоял на ногах, но уже не так твердо, а на его лице и одежде виднелись явные следы копоти. Вот только, возможно, это его Зикер в запале запалил...
Хм... странное чувство, как будто я в море и меня так кача-ает и кача-ает... А говорят, что перед смертью перед глазами вся жизнь пролетает. Я вот лично кроме треснутого, в следах копоти и слизи пола больше ничего не вижу. Нужно хоть голову приподнять...
Кельнмиира уже начали теснить. Наконец Зикер и Сорняк на чем-то сошлись и напали на Кельнмиира общими силами. Причем весьма удачно. Тот едва успевал уворачиваться от длиннющего огненного хлыста со стороны Зикера и странного зеленого жала, напоминающего хвост скорпиона, со стороны Сорняка.
– Кельнмиир! – раздался наконец-то голос Вельхеора. – Я понял!
Кельнмиир никак не отреагировал на крик Вельхеора, потому что был, мягко говоря, немного занят.
Язык отказывался меня слушаться, но я все же выдавил:
– Что понял?
Вообще-то я хотел закричать со всей силы. «Помогите кто-нибудь, я умираю, блин!», но любопытство даже в такой момент взяло верх.
– Я понял, что имел в виду «дядя», когда говорил об ошибках юности! Это он убил мою сестру!