Мужчина опять обращает взгляд ко мне, рассматривает, а мне с трудом удается не скрестить руки на груди. Почему-то ощущаю себя абсолютно голой и мне кажется он знает что со мной происходило этой ночью.
Необъяснимое ощущение, но от этих золотисто-карих прожекторов ничего не скроется. Щеки краснеют. Мне хочется провалиться сквозь землю, хотя я ничего плохого не делала.
Нервы не выдерживают, я срываюсь с места. Пусть разбираются сами. Без меня.
Лечу мимо него, но мое бегство останавливают. Хозяин этого отеля просто коротко вскидывает руку и ловит меня за локоть. Хватка жесткая, но не причиняет боли.
В шоке смотрю на смуглые пальцы на моей белоснежной коже. Контраст обжигающий. Заторможено рассматриваю татуировку на тыльной стороне ладони. Похоже на птицу, раскинувшую крылья. Опасную. Хищную. Кажется, что там сталь вместо перьев, вспарывающих врагов, подобно лезвию бритвы.
Сильная рука, широкая, мужская, с выдающимися венами. Красивая. И ободок платинного кольца на безымянном пальце смотрится как влитой.
Поднимаю наконец взгляд на мужчину, огромного, высокого. Вблизи он еще мощнее и энергетика опасная, острая, но какая-то чужая. Отталкивающая. Скорее всего потому, что этой ночью я уже успела связаться с мужчиной аналогичного размаха.
— Ставров, значит, — проговаривает, глядя мне в глаза.
Что он там ищет я не знаю, но почему-то киваю, подтверждая, что — то о чем мужчина не договаривает…
Как вам мужчина?))
35
Шахов прищуривается, опять карие глаза скользят по моей фигуре, но без особо явного интереса. Он словно оценивает кто именно попался к нему в руки.
Эти гляделки длятся мгновения, но когда мужчина отнимает от меня взгляд и упирает его в Аллочку мне почему-то хочется отчаянно сглотнуть ком, который застревает в горле.
Страшный он до чертиков. Красивый. Но какой- то зловещий.
— Ты уволена.
Проговаривает ровно. Ни один мускул не дергается на лице.
— Господин Шахов… я ни в чем не виновата… я делала все по инструкции… За что вы так со мной?
Лепет сотруднице не вызывает в лице мужчины никакой реакции.
— Господин Шахов… — тихонечко пищит Аллочка, но мужчина лишь вскидывает черную бровь настолько резко, что девушка замолкает. Позади меня слышен цокот каблучков, уведомляющих, что бывшая сотрудница буквально ежит прочь со своего рабочего места.
Тем временем Аслан Шамилевич, как его назвала Аллочка, обращает вновь свой взгляд на меня, а мне отчаянно хочется дернуться из этой хватки цербера. Шахов смотрит прямо мне в глаза, брови сходятся и поперек переносицы виднеется крохотная морщинка.
Обаятельный он и безумно отталкивающий, как такое возможно?
Наконец пытаюсь отнять конечность из хватки мужчины. Не удается удержать свое мнение при себе.
— Жестоко вы с ней…
— Как интересно, — выдает задумчиво, но хватка на моем локте не ослабевает. Я отчего-то четко понимаю, что не во вкусе мужчины. Он смотрит ровно, но все же что-то не дает ему меня отпустить.
Пресекает мой побег всячески.
— Я смотрю некоторые девушки массово предпочитают бежать из отелей по утру, — выдает осуждающе, глаза прищуривает еще сильнее, — Ставр где?
Значит знакомы они с Лексом. Более того, миллиардер сказал, что подобным образом его фамилию могут сокращать далеко не все, а Шахов видимо входит в круг избранных. Задираю подбородок повыше и отвечаю едко, в моем голосе слышна обида:
— Улетел на сделку. Руку уберите!
Выходит дерзко. Я ожидаю, что он отбросит меня и скажет, чтобы валила из его отеля на все четыре стороны, но мужчина вообще не реагирует. Лишь чувственные губы искривляет в подобии улыбки чеширского кота.
Выходка у меня, конечно, на грани сумасшедшего отчаяния, но я дергаю свою конечность и цежу зло:
— Я не терплю, когда меня касаются посторонние. В ваши разборки с персоналом я вникать не собираюсь! Всего хорошего!
Несет меня куда-то, но, пожалуй, нервы уже не выдерживают. Хочется убежать уже куда-нибудь и вдоволь нарыдаться.
Аслан демонстративно отнимает свою руку от моей, и я по инерции сжимаю локоть ладонью.
И опять этот взгляд опытного хищника, который проходится по моему телу, изучает, подмечает отнюдь не выдающиеся части. Наверное, к иному привык его друг и Аслан не понимает, как меня угораздило провести ночь в номере Ставрова.
Почему я не разворачиваюсь и не ухожу из-под внимания цепких карих глаз я не знаю. Остаюсь стоять на месте как прибитая. Видимо потому, что мужчина меня не отпускает. Держит какой-то незримой нитью, не ослабляет давления.
— В город говоришь тебе нужно?
Приговаривает задумчиво, словно прикидывая что со мной делать.
Киваю. Топать на каблуках отсюда до общежития не вариант. Я не совсем чекнутая.
— Как тебя зовут?
— Алина…
Улыбается чему- то своему.
— Почти Полина…
Хочу поправить свое имя, но мужчина не ждет. Продолжает:
— Хорошо, Алина. Нам по пути. Я подвезу.
На эту фразу у меня глаза из орбит вылезают. Это не предложение даже. Это факт, который озвучивается. А мне отчего-то не по себе.
— Хасан.
Грубый голос у него и в то же время властный. Одно слово и словно из ниоткуда за моей спиной появляется огромный кавказец.
— Проводи девушку к машине.