— Это может показаться, неожиданным... но я, честно говоря, для того и затеял этот разговор. Видите ли, ребята загорелись идеей поехать со мной. Их можно понять — лес, озеро, романтика. Костёр и звёздное небо, песни под гитару. Я не хочу их разочаровывать. Но как руководитель — несу полную ответственность. Поэтому так обрадовался вашему приезду. Скажите, Андрей, не могу ли я сегодня съездить с вами на базу? Своими глазами посмотрю — как лучше разместить ребят. А потом вы довезёте меня до ближайшего автобуса, если это не очень трудно.
— Совершенно не трудно, — искренне ответил я.
Энтузиазм Дмитрия Николаевича вызывал уважение. Кому и помогать, если не таким увлечённым людям?
— Сейчас дождёмся брата, и можно сразу ехать. Вот только куда он запропастился?
— Действительно, странно, — согласился Дмитрий Николаевич. — Экспозиция не так велика. Сергей с Таней давно должны были вернуться.
— Может быть, сходим, поищем их? — предложил я.
Глава 20
«Надо было добить», — думал Семён, искоса поглядывая на шагающего рядом Рыжего.
До сих пор Семён ничего не боялся. Скорее, им владел отчаянный азарт, желание помериться хитростью с ментами.
Но сейчас под ложечкой неприятно сосало, а в груди пробегал холодок.
Когда Рыжий выбрался из канавы, ноги Семёна стали ватными и подогнулись. Почудилось, что сейчас Рыжий кинется на него. Семён пошатнулся и стал оглядываться в поисках камня или палки.
Рыжий, мучительно кашляя, отхаркал воду. Ладонями протёр глаза, размазав по лицу вонючую болотную грязь. От этого его лицо стало похожим на жуткую серую маску.
А потом уселся на краю канавы, задумчиво глядя вдаль остекленевшими глазами.
— Рыжий... Толян! Извини, я не хотел, честно! — сказал Семён, осторожно подходя ближе. — Это менты. Я просто испугался, что ты заорёшь. Но всё же хорошо вышло, правда? Они нас не заметили.
Рыжий даже не повернул головы. Так и смотрел куда-то мимо Семёна.
— Идти надо! — снова попробовал Семён. — Если заметят — нам хана.
Рыжий немного посидел, потом молча поднялся на ноги. Движения его стали чуть неуверенными, словно у плохо смазанного механизма. Семён сделал ещё шаг к нему, и Рыжий повернул голову. Равнодушный взгляд уставился сквозь Семёна на что-то неведомое.
По спине Семёна побежали мурашки.
— Толян, ты чего? — спросил он.
Рыжий не отвечал.
— Ты идти можешь?
Рыжий кивнул и пошёл вдоль канавы. Через двадцать шагов он так же молча свернул на колею, которая уходила от шоссе в поля.
Семён пошёл за ним. Вроде, всё шло по плану. Но непонятное поведение Рыжего пугало и бесило Семёна.
Он догнал приятеля.
— Толян, ты как?
Рыжий даже шаг не сбавил.
— Нормально, — бросил он хриплым голосом и пошёл дальше.
Они благополучно обошли пост и снова вышли к трассе. Рыжий, не раздумывая, пошёл вдоль кустов. Грязь на его одежде начала подсыхать и теперь крошилась.
Примерно через километр дорогу пересекла небольшая речушка — почти ручей.
Они спустились к воде. Семён скинул штаны и рубаху, присел на корточки и стал замывать грязные пятна на рукавах и штанинах. Услышав всплеск, он дёрнулся и чуть не упал.
Оказывается, Рыжий зашёл по колено в воду и прямо в одежде плюхнулся в ручей. Он тёр ладонями лицо, потом стащил с себя рубашку и стал полоскать её. При этом, по-прежнему, не издавал ни звука, и глаза его были равнодушно-сонными.
Семён настороженно следил за Рыжим.
Рыжий выбрался из воды. Расстелил на траве мокрую рубашку. Снял брюки, туфли и носки и разложил рядом. Оставшись в одних трусах, сел на берегу и стал задумчиво смотреть на солнце.
— Рыжий, нам идти надо, — сказал Семён.
Рыжий снова пропустил его слова мимо ушей.
— Ты же не обижаешься на меня? — настойчиво продолжал Семён.
Его всё больше охватывал непонятный страх.
— Ну, нельзя было, чтобы ты закричал, понимаешь?
— Понимаю, — не поворачивая головы, ответил Рыжий.
Это совершенно не успокоило Семёна. Но делать было нечего. Там, в канаве, сгоряча, он убил бы Рыжего, не задумываясь. Да он и убил, только не до конца. Но сейчас Семён с трудом мог даже подумать об этом. Убийцу будут ловить, пока не поймают. И снисхождения не жди. А сейчас оставалась сумасшедшая надежда, что батя Рыжего вытащит их из задницы. Надо только снова наладить нормальные отношения с Рыжим, убедить его, что Семён не хотел ничего плохого.
— Толян, — снова начал Семён, — давай обмозгуем, что делать дальше. Доберёмся до егеря, перекантуемся у него, пока твой отец не вернётся. Потом ты ему позвонишь и скажешь, что попал в беду. Если что — всё будем валить на Михрю. Скажем, что схрон нашли случайно и хотели заявить в милицию, а Михря нас запугал и заставил возить ему оружие. Наше слово против его слова получится. А твой папаша связи подключит.
По лицу Рыжего было не понять — слушает он, или нет. Но Семён заставил себя продолжать.
— Только нам надо вместе держаться! Понимаешь, Толян? И говорить одно и то же. Всё на Михрю свалим, а сами выскочим. А Михря сам виноват — нечего было нас ментам сдавать!
— Понимаю, — равнодушно ответил Рыжий.