В эту минуту три танка повернули за угол и въехали на мост. Вдруг под первым танком разведки полыхнула фиолетовая вспышка. Танк закачался, остановился. Он наехал на мину, спешно заложенную американскими саперами. Взрыв послужил сигналом для американцев. Из первого ряда домов, расположенных на северном берегу, начали стрелять снайперские винтовки, а через секунду ударил пулемет 50-го калибра. Бело-зеленые очереди заплясали по мосту, по броне, не давая выглянуть танкистам.
— Франц! Что застыл в недоумении? — проскрежетал Клаус.
— Думаю, как поступить? — заколебался офицер, услышав звуки боя и немедленный доклад лейтенанта Штернбека о ситуации на мосту. — Думаю, почему Пайпер остановился, не пошел дальше?
— Наступать, без промедления! — гаркнул попаданец. — Ты думаешь много, подполковник. А нужно действовать. Повторяешь ошибку Пайпера. На ней я остановлюсь ниже. Ответь, тебя ждет командир роты.
— Наступать, Штернбек. Не останавливаться. Подавить огневые точки, не дожидаясь пехоты. Вперед! — отдал приказание Франц по внешней связи.
— Так почему, Пайпер, остановился, не пошел дальше? — Франц вновь заговорил с другом.
— Здесь простые ответы, не ломай голову. Пайпер решил захватить Ставло меньшей кровью. Отдал приказ командиру роты провести разведку дороги, шедшей южнее вдоль реки Амблев к мосту в Труа-Пон. Овладев южным мостом, Пайпер рассчитывал внезапно ударить по Ставло. Штурм перенес на утро, видя непомерную усталость солдат. Тем самым, потерял время. Ходжес срочно отправил в район Ставло-Мальмеди 30-ю пехотную дивизию. 117-й полк первым вступил в бой с танкистами Пайпера. Кроме того, Пайпер, как и его штурмовики, был опьянен триумфальными успехами дня, американской кровью, пролитой в ходе расстрела у Бонье. Оберштурмбаннфюрер СС приказал лейтенанту Штернбеку отводить танки от моста, а солдатам отдыхать. Я не допущу этой ошибки. За мостом сейчас только горстка саперов. Дальше на север до складов ГСМ, и штаба генерала Ходжеса в Спа американцев нет. Генерал до сих пор думает, что это провокация. Бери его тепленьким.
Вторая огромная ошибка Пайпера – расстрел военнопленных под Мальмеди. Он всколыхнул американцев на сопротивление. Они просто боялись попасть в плен из-за расстрела. Ты сам убедился с каким трудом удалось сдержать эсэсовцев от самосуда и расправы над пленными американцами. Напряги память, я когда-то читал о трагедии под Мальмеди.
Франц молча сжал кулаки. Он собственноручно застрелил ефрейтора Георга Флепса, который размахивая пистолетом, выстрелил в безоружного пленного. Францу с трудом удалось предотвратить бойню. Не окажись он вовремя там, произошла бы трагедия, после которой американцы ожесточились в боях. История пошла бы по законной колее.
Ольбрихт закрыл глаза, расслабился. Дыхание замедлилось. Веки тяжелели. Из глубин памяти Клауса, помимо его воли, стали всплывать официальные картины события 17 декабря 1944 года.