В каждом из трех состояний я рассматривал окружающие предметы и людей. В один из дней я обратил внимание, что в состоянии "линейного" зрения я вижу непонятные образования, которые, то возникают возле нашего корабля, то исчезают. Они подхватывали и переносили мелкие предметы, так же, как это делает ветер. Выкинув "линейную" псевдоподию к такому образованию я услышал отклик от него и чувство голода. По этой же псевдоподии толкнул к нему немного энергии. И это образование стало виться вокруг меня как птица выпрашивающая корм. Вспоминая рассказ профессора, пришел к выводу, что это могут быть эсы. Или как у нас их называют элементали. Весь следующий день потратил на эксперименты с ними. К концу дня добился кое-какого понимания от них. Если влить в них немного энергии и мысленно приказать, что-то сделать, то они это выполняли. Но не всегда, как хотелось. Да и от количества переданной энергии многое зависело. Если мало, то эс не выполнял того, что я просил. Он начинал совершать указанное, а потом бросал, как будто забывал, что намеревался сделать. А если много, то, например, вместо перемещения предмета он его разламывал.
Так я и проводил время. Играясь с элементалями, тренируя смену зрения. Стал тренировать свою псевдоподию из субстанции. Пришла мысль, что это умение может мне пригодиться. Одним словом убивал свое свободное время. Через неделю после обнаружения воздушных элементалей я обнаружил водных. Я даже смог заставит их двигать корабль. Но проблема была в том, что было неизвестно куда его двигать. Среди оставшихся в живых моряков не было штурмана или хотя бы знатока звездного неба, чтобы указать необходимого направления движения. И еще я обратил внимание, что Барс тоже видит элементалей. Это стало понятно по тому, как он провожал их взглядом, в моменты, когда они ничего не делали, а только перемещались.
Самое интересное, что после того как стал с ними делиться энергией их стало намного больше, чем до того момента как я их заметил. Они мне на самом деле напомнили воробьев, которые жили у нашего дома. Тех я покармливал оставшимися крошками и остатками хлеба, и они всегда вились вокруг, если я выходил на улицу. Так и эти, все время крутились рядом. Если я долго никому не вливал энергии, их становилось меньше. Но как только я передавал хоть одному немного, их количество сразу возрастало. Мои занятия не давали мне времени на мысли о нашем плачевном положении, но все равно я тоже надеялся, что нам повезет и нас прибьет к земле. И когда раздался крик, который был желанным во все времена и во всех мирах для терпящих бедствие мореплавателей, "ЗЕМЛЯ", то я, как и все вскочил и стал всматриваться в горизонт.
По левому борту на границе видимости, на самом деле, была видна темная полоса. Я, используя свои возможности по управлению элементалями, стал менять наш курс, направляя его в сторону виднеющегося берега. Через час уже можно было рассмотреть, что прибрежную полосу покрывает пышная растительность. А еще через два часа двое из моряков узнали эти земли. Мы приближались к материку Лоар. То, что наше судно, с моей помощью, поменяло курс, никто не заметил. Все с надеждой всматривались в берег. На судне еще было достаточно продуктов, но воды оставалось уже мало. Ее приходилось пополнять, улавливая при выпадении осадков, которые были не так уж часты. Но чем ближе мы подходили к суше, тем тревожней становились члены экипажа. Их поведение меня стало беспокоить. Я не понимал причины их страха. Поэтому поинтересовался.
- Что-то я не вижу радости на ваших лицах. Наконец наше путешествие подходит к концу. Должны радоваться, что выжили в такой ситуации, а у вас почему-то на лицах проявляется страх.
- Лар, это же материк алланов. Все знают, что если кто-то попадает к ним непрошенным, они его убивают. Я здесь бывал пару раз. На этом материке есть только один порт, где могут свободно находиться представители других народов, это Зинаар. И судя по всему до него еще далеко. Если нам повезет и наше судно пройдет в сторону захода еще миль пятьсот, то мы попадем в Зинаар. Но здесь с этой стороны материка сильное течение и нас или бросит на берег или отнесет в море. И я даже не скажу что лучше. Если унесет в море, то мы точно погибнем. В этих водах ходит совсем мало кораблей, а до сезона штормов осталось совсем чуть-чуть времени. А если вынесет на берег, то мы разобьемся. А если даже нам повезет, и мы при этом не потонем, то дойти до порта мы навряд ли сможем. Нас выловят и убьют. Так, что радоваться нечему.