Читаем Борис Годунов. Трагедия о добром царе полностью

Династия Годунова оказалась в историческом тупике, а с нею в тупике оказалась и вся страна, соблазнившаяся самозваным царевичем Дмитрием Ивановичем, венчанным на царство в Успенском соборе. Однако глубочайшее заблуждение — судить о годуновском правлении только с точки зрения печального политического итога. Этот итог продолжает, конечно, влиять на оценки нашего героя, но не может отменить необходимость исторического рассказа о жизни и делах царя Бориса. Его проект был грандиозным; он многое сумел воплотить из того, что никогда не существовало до Годунова. Власть, которой он, безусловно, добивался, нужна была ему не только ради власти. Борис был строителем Московского царства, он умел видеть его задачи, умел устроить дело так, чтобы думать о подданных, облегчать их жизнь. Его впечатляющая строительная деятельность зримо присутствует и сегодня во всех видовых картинках Кремля…

И все равно, что-то мешает нам безусловно воздавать ему должное. В этом и состоит загадка, к разрешению которой стремятся историки. Надежно скрытые тайны Бориса Годунова продолжают волновать нас при чтении пушкинского текста, при вслушивании в шаляпинские интонации в оперных ариях. Сочувствуя Годунову, мы все-таки осуждаем его, не простив единого «пятна лжи», отменившего все другое. Возможно, этот максимализм святости, счет, который предъявляется правителям, не уместен во времена торжества политического цинизма. Но в средневековом сознании «всякая власть от Бога». И ложь на земле меняет эту власть…

Пушкин в драме, названной именем Бориса Годунова, скажет его же устами: «Живая власть для черни ненавистна. / Они любить умеют только мертвых». Но особенной ненависти к живому правителю народ не испытывал; скорее наоборот. Годунов всегда умел быть добрым царем.

Если бы царь Борис Федорович принадлежал к московской династии, любовь подданных, известная ему при жизни, никуда бы не исчезла, а времена его правления хвалили бы за «тишину» и благоденствие. Простили же всё Ивану Грозному… Случилась же трагедия о добром царе, которую разыгрывал перед подданными Годунов. Они ему так и не поверили, несмотря на всю убедительность продемонстрированной правителем игры. А может, вовсе и не игры уже…

Борису Годунову все равно удалось сделать то, что он хотел: остаться в памяти своих современников. Он не мог предусмотреть того, что его наследников постигнет горькая судьба и продолжения династии Годуновых так никогда и не случится. Память о добром царе превратилась в итоге в историческую песню о царе — убийце несчастного Дмитрия. Кто теперь может доказать обратное? То, что случилось (или даже не случилось) с Борисом Годуновым, давно уже стало достоянием нашей истории. Такой, какой мы ее знаем, — мешающей славу и прах, великие намерения и ничтожные результаты, земное и небесное. Опыт жизни Годунова не мог бесследно раствориться в исторических хрониках. В нем всегда есть что-то живое, такое знакомое и родное для России, которая умеет не только любить или ненавидеть, но и прощать. Ждет ли историческое прощение Бориса Годунова, еще увидим…

<p>Основные даты жизни и деятельности Бориса Федоровича Годунова</p>

1552— рождение Бориса Годунова, при крещении получившего имя Феодот (Богдан) в память святого Феодота Анкирского (IV век).

После 1564— Ирина и Борис Годуновы появляются во дворце. Их дядя Дмитрий Иванович Годунов — постельничий царя Ивана Грозного.

1567, осень— первое упоминание о службе в разрядных книгах: Борис Годунов — стряпчий в походе «на литовского короля».

1570— местнический спор с князем Федором Васильевичем Сицким.

До 1571— женитьба на Марии Григорьевне Бельской, дочери Малюты Скуратова (Григория Лукьяновича Бельского).

1571, октябрь— дружка царицы на свадьбе царя Ивана Грозного с Марфой Собакиной.

Осень— рында «с другим саадаком» в походе на Новгород.

1572/73, декабрь — январь— рында «с копьем» в походе на Пайду.

Не позднее 1575— женитьба царевича Федора Ивановича на Ирине Годуновой.

1575, январь— дружка царя на свадьбе с Анной Васильчиковой.

1577–1578— кравчий «из двора» в ливонских походах; оставался в Новгороде при царевиче Федоре Ивановиче.

1578— пожалован в боярство.

25 декабря— местнический спор Годуновых и князей Сицких.

1580, осень— дружка царицы на свадьбе с Марией Нагой.

1582— рождение дочери Ксении.

1584, 18 марта— смерть царя Ивана Грозного, воцарение Федора Ивановича.

31 мая— венчание на царство Федора Ивановича, Борис Годунов получает чин конюшего.

1585–1590-е— основание первых городов в Сибири — Тюмени, Тобольска, Пелыма.

Строительство новых городов на юге государства — Воронежа, Ельца, Кром и Белгорода.

Конец 1580-х — 1590-е— строительство в Москве, в том числе возведение укреплений Белого города.

1586— строительство в родовом Ипатьевском монастыре в Костроме.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии