Его лицо было так близко, что я могла рассмотреть пульсирующую венку на его виске, а на бледной коже краснел след от пощёчины.
Вся злость вмиг испарилась. И почему его близость так на меня действует? Всё сразу отходит на второй план — остается только запах и жар его тела.
Моё дыхание участилось и я тихо проговорила.
— У меня сегодня последнее дежурство. Так, что в открытую я больше не смогу здесь находиться.
Максим выпустил мою руку и отступил от меня на один шаг.
— Что бы ты там про меня не думал, я рада, что именно с тобой произошел мой первый раз. Я этого хотела. Очень хотела. Я не такая сука, как ты думаешь и мне больно слышать некоторые слова от тебя, поэтому и защищаюсь всеми доступными способами.
Я тяжело вздохнула и повернулась к выходу. Потом немного подумав, я ещё раз обратилась к Максиму.
— Давай я оставлю номер своего телефона тебе? Может ты…
— Нет, — твердо проговорил молодой человек.
Я вышла из десятой палаты и слезы тонкими струйками покатились по щекам. Вот я дура. Настоящая дура. Унижаюсь перед тем, кому совсем не нужна. Что же с тобой происходит, Алиса?
Положив наволочку с полотенцем в пакет, я спрятала его подальше в свою сумку. Вот бы и мне спрятаться от тех эмоций, что вызывал во мне Максим. Но как это сделать, я пока не знала.
Уставившись в одну точку, я просидела так не знаю сколько времени, а потом сорвалась с места и быстро побежала по коридору. Без стука влетев в палату, я устремилась к молодому человеку, который стоял у окна. Бросившись к Васильеву на шею, я тихо затараторила.
— Я только обниму… не отталкивай… прошу! Только обниму…
Как ни странно Максим не пытался отстраниться и я смогла прижаться к нему еще сильнее, а затем и положить голову на его широкую грудь.
Глава 24
Как же мне сейчас было хорошо — я как сумасшедшая вдыхала его пьянящий запах и терлась щекой об колючие волоски на его груди. Внутри всё сжималось от ощущения, что он рядом и я могу наслаждаться его теплом.
Вдруг Максим начал отстранять меня от себя, на что я тихо проговорила.
— Ещё минуту… дай мне одну минуту и я сама уйду. Обещаю.
Но он всё равно отстранил меня от себя и посмотрел на меня сверху вниз.
— Позволь мне…, - начала я, но он остановил мою речь, молча покачав головой.
Я умоляюще посмотрела на Максима, а он вдруг хрипло сказал.
— У тебя все губы искусаны.
Я отстраненно кивнула, а потом медленно провела языком по губам, отчего их немного защипало.
— Больно было? — неожиданно спросил он и я даже слегка растерялась от этого вопроса.
— Больно, — немного собравшись ответила я.
— Прости, — еле слышно проговорил молодой человек.
Моему удивлению не было предела. Я вновь растерянно кивнула и тут произошло то, отчего у меня подкосились ноги, а сердце с бешеной скоростью забилось в груди. Он медленно опустил голову к моему лицу, а затем аккуратно, слегка касаясь губ, начал меня целовать.
Я прикрыла веки и полностью сосредоточилась на движении его губ. Легкий, словно воздушный поцелуй постепенно углублялся, становясь более жадным и стремительным.
Мои губы слегка покалывало, но даже это приносило мне своё, какое-то первобытное блаженство. Когда его язык проник мне в рот, я уже не сдерживала себя и тихо постанывала. Я поняла, что весь мой небольшой опыт поцелуев можно было выкинуть из головы и не вспоминать. Вот это был настоящий поцелуй.
Чтобы не упасть от нахлынувших эмоций, я приобняла Максима за талию и посильнее прижалась к нему. Почувствовав, как в живот упирается его твердый член, я начала тереться об него.
Дыхание Максима вмиг участилось, а я, не прерывая поцелуй, протянула руку и слегка погладила его член через тонкую ткань плавок.
Молодой человек резко отстранился и шальными глазами начал всматриваться в моё лицо.
— Алиса, — шумно выдохнул он моё имя вместе с воздухом из легких.
Максим впервые назвал меня по имени, да ещё и таким тоном. От волнения, я замерла и стала ждать его дальнейших слов.
— Что ты делаешь, Алиса?
— Тебе не нравится? — охрипшим голосом спросила я.
— Какая разница нравится мне или нет…
Он вдруг резко отвернулся от меня к окну и прошептал.
— Иди. Это ни к чему хорошему не приведет.
— Пусть… я готова рискнуть, — прошептала ему в ответ и осторожно прижалась к его спине сзади.
Он вздрогнул, а потом еле слышно проговорил.
— Я всё никак не могу понять, почему ты…
Он не договорил и замолчал.
— Почему я к тебе привязалась? — с горькой усмешкой продолжила я его фразу, — сама не знаю почему, но я твёрдо уверена в одном, что для меня ты стал своего рода наркотиком. Я никак не могу избавиться от этой зависимости и чем ближе приближаюсь к тебе, тем сильнее становится эта привязанность. Сопротивляться этой зависимости я не могу. Пыталась, но безрезультатно.
Максим отвернулся от окна и стал молча вглядываться в моё лицо.
— Можешь называть это как угодно. Зависимость… страсть…
— Страсть? — усмехнулся молодой человек, — ну уж точно не страсть. Сомневаюсь, что сейчас я могу вызывать эту эмоцию. Тут возможно другое…