Я прицелился и выстрелил Хестеру у в затылок. Пуля разнесла ему плоть и череп, поразила прокажённый сумасбродством мозг, брызнувший грязно-бордовым фонтаном. Оступившись, труп священника рухнул, подняв целое облако с пыльного пола.
Думаю, нет, никто не снизойдёт с вечно хмурых и седых небес. Думал бы иначе – не стал бы убивать бедного Хестера. Он не хотел, но стал опасным преступником, которому не место в моём городе. Шериф сделал своё дело…
От заумных бесед с собственной совестью меня отвлекли трое сектантов, которых какой-то плешивый и лохматый чёрт дёрнул вернуться в подвал. Трое крепких мужичков с оружием и бородами моментально оценили обстановку и решили быстренько отправить меня следом за своим идейным лидером.
Я рванул за опору, отстреливаясь на ходу. Сначала я незначительно промазал, но вторым выстрелом, сделав поправку, поразил одного из них точно в живот. Грохнули выстрелы, меня минули вражеские пули и… все противники оказались вдруг мертвы. Я же стрелял только дважды, причём один раз промазал.
Здесь есть кто-то ещё, и, резко обернувшись, я обнаружил этого кого-то. В дальнем конце застыл с револьвером в руке достаточно неожиданный персонаж – уполномоченный по делам раскрытия преступлений, связанных с высокопоставленными людьми, инспектор Аксель Джерманхаузер. Вот так сюрприз мне под руку!
Выдержав положенную паузу, инспектор с каменным лицом, выражающем крайнюю степень искреннего равнодушия к происходящему, опустил оружие. Пощёлкивая пальцами свободной правой руки, светловолосый Аксель двинулся в мою сторону:
– Август Х-хромер, Вы за-завели меня в любопытное ме-место…
Вырубить его, чтоб не задерживал? Вполне логично и гуманно.
– Не бе-беспокойтесь, – прочитал мои опасения Аксель, – Думаю, в-в-все о-обвинения с вас м-мо-можно снять.
– С чего это вдруг? – насторожился я, отступая от приближающегося инспектора.
Тот застыл на месте и даже прекратил щёлкать пальцами, подарив мне хмурый взгляд, словно я тут порю горячку не хуже Хестера.
– Не г-говорите г-глупостей, Август. Я стоял з-за углом и с-слышал всё, что с-с-сказал этот ме-мерзавец, – небрежный жест в сторону мёртвого Гроула, – До-должен признать, что мы за-заблуждались н-на в-ва-ваш счёт…
– А раньше не могли понять? У меня было алиби, и я помогал следствию!
– Сэр Г-гамильтон Ро-рокфеллер тоже помогал с-следствию, да и не б-без алиби си-си-дел, – на невозмутимом лице инспектора не дрогнула ни единая мышца, – Как в-видите, он оказался па-паршивой овцой…
Да, авторитетно не признавать свои ошибки этот субъект умеет. Видимо, именно поэтому он и занимается делами, в которых замешаны сильные мира сего.
– Как вы меня выследили? Заметили с краю от толпы?
– Вовсе н-нет, я с-следую за ва-вами от са-самого особняка Ро-рокфеллера, – инспектор с интересом заглянул мне за спину, – Ре-решил заехать и п-проверить охрану, но н-на-наткнулся на г-гору т-трупов. А тут ещё из окна вы-вылетает та т-т-тварью. Я просто с-с-спрятался в ва-вашем экипаже – вы н-не потрудились его п-проверить. Д-д-дальше вы ме-меня сами до-довезли.
Выходит, это в него, выглядывающего из-за угла целился Ульрих там, наверху. Я тогда даже не думал о хвосте.
– Вот так просто?
– Разумеется. В-вы п-позволите?
Ответ уполномоченному был абсолютно не нужен, так как он молча проследовал мимо меня и остановился возле тела Гроула. Пару секунд непроницаемый инспектор стоял над трупом, после чего его лицо сильно исказилось, его перекосило от лютой ненависти и неудержимой ярости. Аксель высадил в мертвеца остатки барабана.
От такой беспричинной жестокости мне прямо стало не по себе.
– Прошу п-прощения, – вновь стал невозмутимым и спокойным инспектор Джерманхаузер и принялся неторопливо перезаряжаться, – И-иногда не могу с-с-сдержать себя. Видите ш-шрам? – он указал на белую полосочку, пересекающую губы, – Одна г-г-гнида ножом по-полоснула – за-застрелил и утопил в ре-ре-реке. Он до сих п-пор числиться в-в-в розыске, хотя это п-п-произошло пятнадцать лет на-назад.
– Интересные откровения, – поощрил я чудаковатого человека, но превосходного сантиба, – Но там наверху Кровавый Бутон открывают.
Инспектор задрал голову вверх, словно способен был разглядеть что-то сквозь доски, и ответил, что примечательно, без единой запинки:
– Тогда не будет медлить.
Глава XXII
Носящий маску
Минутная стрелка лениво колыхнулась и переползла на двенадцать – ровно три часа, а значит, открытая беседа начинается. Дичь уселась – охотник готов выстрелить.
Впереди вверх по лестнице широкими шагами прыгает Аксель, нервно пощёлкивая пальцами за спиной. Но если меня это сильно раздражает, то инспектора наоборот успокаивает. Никогда прежде не видел столь причудливой дурной привычки.
Наверху нас ждал пустой заплёванный подъезд, заваленный мусором и залитый грязью. Определённо жить в нём никто не станет, кроме совсем уж обречённых бездомных. Опасностью здесь пока и не пахнет.